Репортёр и пацифист

Что нужно знать про Верещагина, чтобы понимать его картины.

Какой еще репортёр? Он же художник!

Да, но задача у него была фактически репортёрская — показать, как всё было на самом деле. Большинство картин — это фиксация того, что он видел собственными глазами в бесконечных путешествиях и войнах. Он стремился к документальности, достоверности, отсюда — фотографическая вырисовка деталей и возмущение академическим искусством, которое создавалось в четырех стенах мастерских, а не «в поле». И очень болезненно реагировал, когда кто-то подозревал его картины в фальсификации событий. Свои работы он рисовал и складывал в серии — Туркестанская, Балканская, Японская — по тому же принципу, что фотографы складывают свои снимки в альбомы.

Булгаков Федор Ильич. В.В. Верещагин и его произведения: иллюстрированное издание / Ф. И. Булгаков. — Санкт-Петербург: Типография А.С. Суворина, 1905. Стр. 164, 167, 169, 171.

А зачем он столько ездил? Разве художник работает не в мастерской перед мольбертом?

Верещагин объехал пол земного шара из любопытства. Он годы проводил в поездках, не в самом быстром, удобном и предсказуемом времяпрепровождении XIX века, только потому, что ему было страшно интересно, как устроен мир, как живут люди, во что верят, кого и за что ненавидят, чем занимаются, что строят, что видят, про что забыли, что считают красивым. В поездках он делал сотни эскизов и зарисовок в альбоме, а затем приезжал в мастерскую (сначала в Мюнхене, потом в Париже, потом в Москве) и переводил задуманное на полотна.

А как же серия про 1812 год? Он же Наполеона не видел!

Да, иногда Верещагин брался за исторические сюжеты, которые были ему интересны. Это могла быть отдельная картина — «Апофеоз войны», «Взятие Рузвельтом Сан-Жуанских высот», несколько — на евангельские сюжеты, «Трилогия казней», или целая серия — о Наполеоне в 1812 году. Но и в таком случае он вёл себя как настоящий репортёр: проводил тщательное расследование, собирал документы, факты, мнения очевидцев, одежду, атрибуты, обязательно ехал на место событий — будь то Палестина, Куба или Бородино.

Репортёр всегда едет куда-то по заданию, у Верещагина оно было?

Как таковое — нет. Он никогда не работал по заказу, только на себя. И даже когда предлагали государственное содержание, отказывался. Однако сквозная идея у него всё же была. Верещагин много рисовал войну. Срывался в горячие точки — в Туркменистан, на Балканы, в Японию, как только там что-то происходило. Для того, чтобы ближе оказаться к непосредственным событиям и иметь доступ туда, куда штатскому не позволено, примыкал к главнокомандующим (например, в 1867 году узнал, что командующий туркестанскими войсками Константин фон Кауфман ищет в свиту молодого художника. Кауфман должен был окончательно присоединить Туркестан к России и хотел запечатлеть свои подвиги. Верещагин показал ему свои Кавказские зарисовки, и тот взял его с собой в чине прапорщика. Однако художник выпросил себе свободу передвижения и светскую одежду).

Но есть много других художников, которые рисовали войну! Что тут такого?

Действительно, в его время даже существовал такой популярный жанр в живописи — батальная картина, но она служила для рекламного образа победителей и военной мощи. И Верещагин в этом смысле антибаталист: он войну люто ненавидел и методично создавал ей антирекламу — показывал ее через кровищу и горы трупов с обеих сторон. За что в него отовсюду летели обвинения в непатриотичности, искажении истины и сумасбродстве.

Парад победителей во главе с генералом Скобелевым показан на втором плане, на фоне припорошенных снегом тел погибших, выдвинутых художником на первый план.

Верещагин Василий Васильевич. Шипка-Шейново (Скобелев под Шипкой). До 1890
Государственный Русский Музей

Ну хорошо, а почему репортер-то? Он же рисовал!

Верещагин обладал мощнейшей работоспособностью. Помимо того, что он рисовал очень много полотен, причём очень быстро (его даже подозревали — зря — в использовании подмастерьев), проводил десятки выставок в Европе, России и Америке, он ещё и писал очень много заметок из путешествий, статей в газетах и писем. И большинство из них — именно в репортёрском жанре описания событий, людей и местностей, которые встречались на его пути. Часто тексты не менее интересны, чем живопись. Можно представить Верещагина в 2018 году — со всеми возможностями смартфона, ноутбука, мегапиксельной камеры, соцсетей и VR-реальности, помноженными на его неутомимость и художественную хватку, и испугаться, какого жару он бы задал современным блогерам.

Источники